Началось всё с Петра I…

Началось всё с Петра I…

 

 

 

         История парусно-полотняного производства в Полотняном Заводе берёт своё начало в конце XVII – начале XVIII столетия. В самом начале своих дел молодой Пётр оказался в Калуге. В кругу торговых людей приглянулся государю сметливый, острый умом калужанин Тимофей Карамышев.

         Когда молодой император Пётр I решил сделать Россию могущественной морской державой и начал строить флот, вспомнил государь о Тимофее Карамышеве. Из царской канцелярии воеводе малоярославецкому бумагу отписали. Велено было того купчишку отыскать, учинить допрос: каким промыслом занимается и не хочет ли послужить государю и России? Нашли Тимофея Карамышева во здравии и достатке. Купец отменный и в уважении пребывает.

         И вот 7 марта 1718 года Пётр I издал указ, в котором предписывал Тимофею Карамышеву, калужскому посадскому человеку, купцу Тимофею Филатову сыну Карамышеву: «…для делания полотен построить заводы в том месте, где проищет, с платежом за оные места и мельницы оброку, для оного завода сколько понадобится нанимать рабочих людей и покупать всякие нужные для того припасы; продавать оные полотна в Российском государстве и посылать также для продажи в чужие края, с платежом пошлин свободно, и стоять ему, Филатову, под ведением Мануфактур-коллегии».

         Получив указ государя, Тимофей, не мешкая, отправился за советом к малоярославецкому воеводе. Карамышев понимал, как  нужно царю Петру парусное полотно. В Малоярославце приглянулись ему река Протва. Вода приличная, и мельницу поставить можно. Но воевода малоярославецкий подсказал Карамышеву, что в здешних местах берет начало речонка, чистая да холодная. Суходревом зовётся. На той речонке купец Дехтярев из Калуги мельницу о трех жерновах держит.

          Тимофей Карамышев внял совету воеводы, и не мешкая, поехал смотреть. Семен Дехтярев против царской воли пойти не смел.

           В течение двух лет возвел Тимофей Карамышев полотновый завод, редкое по тем временам сооружение. Познал для себя незнакомое дело. Купеческое сообщество снабжало его известной информацией о ткацком промысле, по крупицам собирал Тимофей Карамышев опыт зарождающейся промышленности. Воистину совершил он гражданский подвиг, создав «с чистого листа» и завод, и технологию производства полотна для парусов.

           И как только запустили первые ткацкие станы, получили первые сажени полотна, из которого можно было пошить крепкие паруса корабельные для флота государева, отправил Тимофей Карамышев депешу царю. Образцы полотновые приложил. И слово дал, что готов давать полотна, сколько государю в потребность будет. Вот только пусть позволит ему приписать к полотновому заводу работных людишек по нужной для дела потребности.

           В те два строительных года на Взгомонье люду всякого прибавилось. В окрестностях, до самого Подмосковья слух пошел о полотновом заводе. В работу всякий люд берут. Постепенно Взгомонье заменяли словом «полотняный», добавляя – «завод». Петр I разглядел в купце Карамышеве делового человека и поддержал его своими действиями. Об этом свидетельствует тот факт, что он дозволил ему работный люд приписывать к полотняному заводу. Другим зарождавшимся промышленникам такого не позволял. Ещё государь дал Карамышеву право закупать льны и коноплю по цене, какую сам купец и установит.

           Почувствовав к себе царское расположение, Тимофей Карамышев разворачивал полотновое производство во всю подвластную ему ширь. К 1722 году на полотновом заводе (к тому времени его уже именовали «полотняным») в действии было 60 ткацких станов. Только ткацким делом занимались 140 мастеров. А всего рабочих значилось более 480 человек.

           Тимофей Карамышев отличался от калужского купечества прозорливостью, любознательностью. Выдвинувшись в число промышленников, он попал в число тех, кого ценил государь за умение смотреть вперед. Нет, он не снял с себя купеческое звание, а наоборот – соединил с делами промышленника. Это слияние привело к идее построить бумажную фабрику. Купцы привозили бумагу даже из Китая. Тимофей расспрашивал их, как ее производят. Удивлялся, что из тряпья всякого, из каких-то растительных добавок. Тряпья-то в округе, сколь хочешь наберешь…

          Размышления, расчеты убедили Карамышева: надо ставить бумажную фабрику. Та же мельница купца Дехтярева еще как послужит. Тимофей обратился к Петру Алексеевичу за дозволением. Петр I оценил его предложение. Купец уже проявил себя, дает отменное полотно, какое даже аглицкие флотоводцы покупают на паруса для своих кораблей. Распорядился поддержать просьбу купца Карамышева отменно и незамедлительно. Тимофею Карамышеву предписывалось:

«…При той парусной фабрике построить бумажную мельницу и делать бумагу, какая может в действо произойти: картузную, оберточную, писчую. Принимать работных людей вольных с уговором достойной оплаты… и чтобы ученики обучались в художестве своем совершенно против иностранцев действовать».

           Тогда же Берг-Мануфактур-коллегия заявила, что бумажной мануфактуре Карамышева быть! Разрешение на строительство бумажной мельницы датировано 30 января 1720 года. Карамышев приступил к делу, не теряя времени. Перво-наперво взялись за сооружение новой плотины. Старая , что держала воды Суходрева для дехтяревской мельницы, для бумагоделательной фабрики уже не годилась. Поставив плотину, Карамышев приступил к строительству фабричных корпусов.

            Фабричные строения возводили из кирпича и камня. Первую бумагу отлили в 1725 году…  Погост на Взгомонье, или сельцо Сгомонь, к этому времени иначе как Полотняные Заводы и не именовали.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Дата последнего обновления страницы 11.11.2021
Сайт создан по технологии «Конструктор сайтов e-Publish»
Версия для слабовидящих
Размер шрифта Шрифт Межсимвольный интервал Межстрочный интервал Цветовая схема Изображения